Snowshow как искусствотерапия

/ Просмотров: 3664

Snowshow как искусствотерапия Обычно я стараюсь рассказывать обо всем немного со стороны, как наблюдатель, но есть вещи, которые затягивают, и вдруг ты приходишь в себя и видишь, что уже по уши втянута в историю, из которой непонятно как выбраться, а твой внутренний наблюдатель отвалил, не попрощавшись. В моей жизни это обычно связано с семьей и отношениями с родными, поэтому, кто не любит душещипательных историй, пропустите этот пост.

Начнем издалека. Мой отец – butterfly philosopher, так он сам себя называет, то есть легкомысленный человек, склонный к размышлениям о смысле всего сущего. Он веселый, любит петь – в детстве мне приходилось нелегко гулять с взрослым дядькой, который поет во весь голос и может остановиться поболтать с прохожим ребенком. Дети его любили, некоторые взрослые думали, что он ку-ку, в общем, вот что получается, когда человека, склонного к клоунаде и актерству, мамаша загоняет в строительный институт, чтобы сделать из него приличного человека. Так что неудивительно, что мой сводный брат, обладающий многими талантами, в конце концов стал клоуном – в некотором роде воплотил в жизнь мечту отца. Он (брат Федор Макаров) работает у Славы Полунина в спектакле, который называется Snowshow, то есть «Снежное шоу», в январе этими плакатами заклеено пол-Москвы. Слава Полунин – мэтр клоунады и беспредельщик, познакомившись с родителями Феди, пригласил папу участвовать в гастрольной поездке спектакля, исполняя небольшую роль – саму скромную, но все же!

Мы с мужем не могли пропустить это дело, и когда труппа доехала до Голландии, поехали их проведать. Очень приятно тусоваться с клоунами, что и говорить. В том турне Слава отсутствовал, главным авторитетом был Юра Делиев, а кроме него в группе было еще пять-шесть клоунов, которые, как оказалось, в жизни еще веселее, чем на сцене. Затем трогательные сцены в гримерке – Федя учит папу накладывать грим, папа показывает красный нос, который сам выстругал из поролона. Товарищи-клоуны, уважая жизненный опыт, называли папу Генералом. Мне, правда, показалось, что для этого прозвища есть и другой повод – в тот момент, когда труппа начинала работать с залом, лазить по бортику балкона и обливаться водой, папа обычно оставался на сцене и с важным видом взирал вниз – все-таки возраст уже не тот, бегать по спинкам кресел.

Идея школы Щетинина



Главную роль в спектакле клоуны играют по очереди, так что мы стали ходить на все представления, чтобы посмотреть каждого, это по два шоу в день. Так привыкли, что, когда однажды решили прогулять вечер и посидеть в парке, – не смогли, и все-таки пошли опять смотреть это Snowshow.

Спектакль состоит из разных историй, представляющих жизнь человека, который веселился и грустил, ошибался и надеялся, а в конце концов оказался погребенным в снежной буре, которая символизирует безразличную, величественную и неизбежную смерть. После этого в зал выкатываются огромные (с два этажа) надувные шары, которые зрители с восторгом независимо от возраста подбрасывают вверх и катают.

Кто-то считает, что это смешное представление, некоторые, наоборот, плачут, кого какой эпизод больше заденет. Одна история меня как-то особенно трогала. Главный герой – Желтый клоун, стоит на сцене с чемоданом. Он достает оттуда пальто, вешает его на вешалку и начинает чистить щеткой. Он засовывает руку со щеткой в рукав и вдруг пальто оживает! Рука Желтого становится рукой пальто, которое заботливо начинает смахивать пыль уже с Желтого, затем обнимает его и дает ему записку, которую тот, не читая, кладет в карман. Затем они нежно прощаются, он подхватывает чемодан и убегает под звуки уходящего поезда. Потом, на полустанке, сидя на чемодане, он достает записку, читает, разрывает ее на мелкие кусочки и отправляется дальше под грустную мелодию падающего снега.
Где-то на середине этой истории я начинала плакать. Это происходило на каждом спектакле, а мы посмотрели тогда штук восемь! Муж сначала удивлялся, а потом привык. Бессмысленно противиться слезам, если они приходят, нужно просто дать им пролиться, стараясь не вовлекаться в этот процесс эмоционально – пусть текут. Потом я задумалась над этой историей, и вот какая получилась картина. Пальто было женское, то есть человек прощается с женщиной, которая заботилась о нем, скорее всего, это мать. Он оставляет ее, чтобы повидать большой мир, и ему не нужны ее советы (записка), а ее любовь он считает чем-то само собой разумеющимся и потому не понимает ее ценности. Он бросил и забыл свою мать как старое пальто – как и я в свое время уехала от матери в другой город, вроде учиться, а на самом деле ускользнуть из-под навязчивой, как мне тогда казалось, родительской опеки. А ведь я никогда не знала, что это меня волнует, не думала об этом.

Как воспитывать ребенка, если вы все время на работе.
Как воспитывать ребенка, если вы все время на работе.



Что теперь можно поделать... Я счастлива, что эта боль, которая подспудно сопровождала меня всю жизнь, всплыла на поверхность, но я понимаю, что не могла по-другому, иначе меня преследовала бы боль нереализованных желаний, подавленных в угоду консервативной матери. В общем, жизнь как выбор из двух зол, каждое из которых – благо, под занавес – неизбежная смерть, а после – надувные шары величиной с дом катаются... Что, собственно, значат эти шары? Клоунский загробный мир или приглашение к участию в космической лиле – игре, которая происходит за изнанкой нашего бытия?



Юлия Макарова
chaskor.ru