Хрустальная лихорадка

Впервые Кристоф Перрай поднялся в Альпы, когда ему было всего семь лет. И кусочек хрусталя, подобранный в горах, определил его судьбу

Перед нами Монблан во всем своем величии. Наш путь лежит через ледник Аржантьер, цель – участок склона, богатый редкими минералами. Мы с Кристофом Перраем покидаем лагерь на рассвете. Кристоф – потомственный искатель вожделенного сокровища, жемчужины Альп – горного хрусталя.

О собирателях хрусталя впервые упоминает в I веке римский ученый Плиний Старший. Но прибыльным ремеслом это занятие стало только в эпоху Возрождения. Альпийский хрусталь экспортировали в Париж и Флоренцию, Милан и Венецию, из него изготавливали церковные украшения, вазы, чаши и люстры. В наши дни хрусталь не всегда обрабатывают. Лучшие экземпляры необработанного горного хрусталя и без того стоят десятки тысяч евро.

Кристоф остановился и принялся внимательно изучать склон: разница в цвете кварца указывает на разлом, в котором можно найти хрусталь. Спускаемся до нужного уровня по веревке. Кристоф просовывает голову в неприметную расщелину, затем вытаскивает из-за пояса небольшие пластиковые грабли и принимается за расчистку засыпанного землей входа. «Глубокая галерея, – говорит он. – Должно быть, метра два в длину».

Через несколько часов каторжной работы Кристоф извлекает на белый свет несколько «гребешков». Так называют кварц редкой формы, который высоко ценится коллекционерами. Внутри галереи Кристоф оставляет один из инструментов. «Таков обычай, – говорит он. – Кто нашел ценный разлом, метит его, чтобы другие знали: у этой полости уже есть хозяин».

Через несколько дней отправляемся к северо-восточному коридору Курт. Когда мы добираемся до вершины, начинает идти дождь вперемежку со снегом. Кристоф лихорадочно ищет среди камней брезент, который он спрятал здесь в прошлом году. Часа через два, забравшись в спальные мешки под импровизированным навесом, мы наконец засыпаем...

Утром непогода усилилась – от бивака можно отойти всего на несколько метров, не больше. Буря стихает только к вечеру. Вокруг толстым слоем лежит снег. Мы начинаем спуск. Скала хрупкая и ненадежная. Удерживая конец веревки, Кристоф страхует меня, а затем спускается сам, используя ледоруб в качестве тормоза.

Мы обходим глыбы льда высотой метров десять, перепрыгиваем через расщелины, проверяем, выдержат ли наш вес снежные мосты. Здесь забываешь о времени, голоде, жажде, об усталости. А награда – несколько кристаллов кварца, покрытых зеленоватым налетом. Но для одержимых хрустальной лихорадкой даже эти крохи – на вес золота.