![](/upload/images/1717189200/1718206741_0339.jpg)
Как Одинцовец променял город на глухую деревню (+Фото)
Михаил Смирнов — мастер по строению русской печи. Ремесло досталось ему по наследству от деда с говорящей фамилией Жаров. Долгое время Михаил жил «как все» — в городе, в квартире, с женой. А потом развелся и переехал в деревню, где нет связи и интернета, а до ближайшего магазина — девять километров пешком.
«В город даже не тянет. А что там? Деградация сплошнейшая. Алкоголь, интернет, народ непонятно какой. А здесь — тишина. Связь — в полнолуние или по праздникам, как и автобус», — шутит Михаил, напиливая дрова для своей печи.
В его деревне действительно тихо. Это даже не деревня, а маленькое садовое товарищество. Сеть там не ловит, навигатор не работает, поэтому на интервью мы ехали по схеме, которую печник нарисовал заранее. Его дом находится примерно в двух часах езды от Москвы, в Одинцовском районе. Сначала проезжаешь Рублевку с ее пятиэтажными коттеджами и невольно замечаешь, что на многих крышах есть дымящие трубы. Потом, уже ближе к деревне Николая, дымят домики попроще.
«Печи сейчас очень востребованы, это ремесло переживает второе рождение. Мало кто знает, что в России 25 миллионов печей. Это или старые, бабушкины, или новые — олигархи стали часто их заказывать», — рассказывает Смирнов.
Михаил признается, что он не из тех, кто ушел в отшельничество и отказался от материальных благ. Мужчина хорошо зарабатывает — за один проект он берет от 100 тысяч рублей и больше. А печь строит за несколько дней. Так что заработок может доходить до миллиона в месяц — если сезон.
Работать приходится круглосуточно. Это вам не в офисе — с девяти до 18. Тут пока печь не достроишь — домой не уйдешь. Потому что дырка в потолке — для трубы, а вдруг — дождь, снег?
Заработок мужчина планирует тратить на строительство дома мечты — рядом с лесом, для новой семьи. Бывшая жена идею Михаила уехать в глушь не оценила. Теперь мужчина в поиске. «Пока моя единственная женщина — это профессия печника. А там — как пойдет, пути господни неисповедимы», — говорит он.
Истинный печник не может жить в городе, уверен Михаил. Нужно быть в гармонии с природой, а в особенности — с огнем. Тогда и дело будет получаться.
Продукты мужчина ест только домашние — у него теплицы, огород, куры и гуси. Готовит он только в печке.
Найти настоящий чугунный горшок непросто. Сейчас делают как: сплав алюминия и чугуна, чтобы посуда была легче. Это для рублевских жен, которые тоже пытаются на огне готовить. Но в них нормальной еды не сделаешь — они плавятся. Я однажды купил такую сковороду, хотел картошки пожарить. Потом засунул ее в печь, а она расплавилась, как Снегурочка.
Поэтому Михаил не только строит печки, но и учит ими пользоваться и готовить в них. Сейчас профессии печника как таковой нет, в строительных институтах этому не учат. Поэтому все знания Михаил берет из книги «Альбом каминных печей», которая вышла в 1913 году.
«Сейчас, когда печи снова входят в моду, много людей хотят научиться и тоже бабло рубить. Но не тут-то было. Прежде чем заработать эти деньги, надо многому научиться и любить это дело. Печник — это не только профессия. Это образ жизни», - объясняет Смирнов.
К отшельническому образу жизни и переезду Михаила друзья сначала отнеслись скептически.
У меня знакомые спрашивают: «Как ты там?» А я отвечаю: «А ты приезжай, посмотри». А потом их отсюда уже не выгонишь, только автобусами вывозить. Просят подольше остаться. Телефон не ловит, никто не беспокоит. Тишина, красота. Может, где-то на Мальдивах тоже хорошо, я не знаю. Мне здесь нравится
В планах Михаила — заработать побольше денег и уехать на север России, восстанавливать церкви. Там-то точно тишина и домов с печками много. Работа всегда найдется.