Деревенский блогер (+Фото)

«Недоучившийся юрист» — как называет сам себя, известный «деревенский блогер» (об этом ниже) — уже четыре года Андрей выживает своим трудом в маленькой деревушке на юге Псковской области. Вокруг классический сельский пейзаж — неказистые, большей частью деревянные (это край лесов и озер), домики, пыльные ухабистые дороги, остатки колхозных коровников.

— Мы — идейные переселенцы. Еще в 25 лет я понял, что хочу уехать из города, от толчеи, от пыли, чтобы ребенок по траве бегал, а не копался в грязной песочнице. Я жил под Питером, насмотрелся.

— Почему именно сюда переехали? Далековато от Питера.

— Там все-таки холодно и сыро, хотелось в среднюю полосу. Ездили в Новгород — холодновато, в Тверь — дорого, все раскуплено.

Сам Андрей живет в деревне уже четыре года. Но семью удалось перевезти только сейчас. Поначалу Андрей думал разводить кроликов. Подсчитал — один кролик в среднем дает 1,7 кг мяса. Цена за килограмм — 300 руб., т.е. около 500 рублей за штуку. Чтобы заработать, например, 20 тысяч рублей, нужно продать целых 40 кроликов, которые растут по полгода.

— В деревне сейчас главный вопрос — деньги. Точка. Если есть деньги, остальное ерунда, — убежден Андрей, и видно — знает, о чем говорит. — Временами было очень тяжело. Но и в самые тяжелые месяцы, когда я и жил на 2500 рублей в месяц, уезжать не было мысли.

Тут работать надо, пахать. Рубль деревенский тяжеловеснее по трудозатратам городского — раза в два с половиной.

Материальная помощь для сбежавшего от города и hi-tech фермера пришла… из интернета. Вычитав, что на смену писателям-деревенщикам пришли блогеры-деревенщики, Андрей освоил камеру, основы видеомонтажа и начал вести свой «деревенский блокнот».

— Мечта была — зарабатывать на блоге тысяч пять в месяц, это для деревни вполне достаточно. Но мне повезло.

Год назад именно ролик про то, «как прожить в деревне на 2,5 тысячи рублей в месяц» собрал более миллиона просмотров. Еще пара-тройка успешных роликов вывели Андрея в топ сельских блогеров.

— А если бы не повезло?

— Развел бы больше кроликов… — не сдается Андрей.

К своему блогерству он относится серьезно, поясняет — это работа. И вот уже разведение гусей, постройка сараев и огородничество — не самоцель, а темы для роликов. За два года список этих тем расширился. Теперь Андрей делится со зрителями размышлениями о жизни в деревне.

— После двух десятилетий падения в 2015-16 годах уровень населения в нашей деревне относительно стабилизировался. Старушки умерли, алкоголики — тоже.

— Что, в деревне не осталось даже пьяниц? — не верю я.

— Остался один, классический — еще советской закалки.

— Это же местная достопримечательность!

— Да, бережем его по возможности, — по-хозяйски замечает блогер.

— А как насчет таких же переселенцев из города, как вы?

— Ну вот сосед мой, Аркадий, 55 лет, сдает квартиру в Питере, живет на сдачу жилья. Другой случай — интересный. Молодая женщина, из наших мест, в Питере вышла замуж за немца и уехала в Германию. Там не сложилось, развелась и… вернулась сюда! Из Германии! Есть «экономические переселенцы», приезжают из моногородов, таких, как наш райцентр. Там — катастрофа, стагнация, застой. Вот переехала семья: муж, жена, двое детей. В райцентре плата за ЖКХ съедала половину зарплаты. А здесь у нас — только электричество. Больше же ничего нет, вот и платить не за что…

Меня спрашивают — как же пенсия, стаж? А я им — какая пенсия? Вот у меня две знакомые недавно вышли на пенсию. У одной стаж 5 или 6 лет всего, у второй — 30 лет, всю жизнь впахивала. У первой пенсия — 8300, у второй — 8700.

Был друг, тоже очень хотел в деревню переехать. Но решил ждать до пенсии, ему оставалось года два или три. Дотерпел, вышел на пенсию, переехал в деревню… и через три месяца умер. Не человек, а мечта государства — всю жизнь пахал, а пенсию платить не нужно.

Так что мы лучше здесь, — поглядывает Андрей на хозяйство, запущенную деревню и снова из блогера перевоплощается обратно в крестьянина. — Если что, в деревне кусок картохи и кусок мяса я всегда выращу. И буду наблюдать, что там в городах.

Услышав рассказ Андрея о новых переселенцах в деревни, трудностях, с которыми они сталкиваются (совсем не только в Псковской области), мы обратились за комментариями к депутату местного законодательного собрания Льву Шлосбергу:

— Я называю этих людей «новыми псковскими». Нужна особая государственная политика благоприятствования их благоустройству. Часто у таких переселенцев сохраняется государственная регистрация за пределами Псковской области, и тогда они не имеют избирательных прав на местных выборах, не учитываются при расчете социальных нормативов бюджета, к их деревням часто нет нормальных дорог, потому что они не включены в число постоянных жителей. Власти практически не видят этих людей, между тем они — спасение российской провинции.

Илья Луданов